Знаменитая пьеса Александра Володина ставится во многих театрах страны, а в свое время послужила основой для экранизации — фильм Никиты Михалкова вышел еще в 1978 году. Как в 2018 году выглядит история двух разлученных войной (и принципами) людей, выпущенная на сцене челябинской Драмы, пытался понять наш корреспондент.
«Пять вечеров» — это тот случай, когда невозможно не сравнивать несравнимое: постановку Челябинского театра драмы 2018 года и ставший классикой фильм Никиты Михалкова 1978 года. Картина снималась в то время, когда пьеса, по признанию самого же Александра Володина, уже устарела: то, что было шероховатым, выпуклым срезом жизни в оттепель шестидесятых, к эпохе застоя уже потускнело и стало как бы нормой. Вероятно, именно поэтому Михалков снял кино в черно-белом исполнении, дав цвет лишь на последние пять минут самого важного разговора главных героев: обозначил то, что оставила уже давно ушедшая война и вывел сюжет в небесспорное, неоднозначное, но все же яркое будущее.
![](/sites/default/files/styles/hd_x_1280xx_/public/pubs-images/2023/05/0a21a44281416c1b949ed75e32f8893d.jpg.webp?itok=RaTunBJp)
Спрашивается, зачем в 2018 году ставить спектакль о людях, которых развела война, а свела оттепель? Есть ли у этой истории, где люди живут в коммуналках, звонят по межгороду в тесных кабинках на станции и могут скрыть свою должность (попробуйте сделать это сейчас, в эпоху соцсетей и аккаунтах в профильных деловых сообществах), место в сегодняшнем общественном сознании? Режиссер Денис Хуснияров правильно смещает акценты: он размывает место действия, обозначая условные квартиры бледно-голубыми стенами и оконными проемами, и переводит фокус на противостояние гордости и предубеждения — оно и приводит к конфликту между когда-то очень влюбленными мужчиной и женщиной.
![](/sites/default/files/styles/hd_x_1280xx_/public/pubs-images/2023/05/ec2613e70cb95137d2465d2fbd87ef75.jpg.webp?itok=T6xAZ634)
Напомним сюжет: мужчина по фамилии Ильин, приятно проводя время в командировке у несложной девушки по имени Зоя, вспоминает, что в доме напротив когда-то снимал комнату. В то время он был влюблен в соседку Тамару, с которой его потом развела война. Тамара была настоящей звездой — красивая, принципиальная. Поддавшись порыву, Ильин идет в старую квартиру и находит там Тому, которая так и не вышла замуж, работает на ответственной должности и занимается общественной деятельностью. Живет не одна — с племянником Славиком, чья мать умерла в блокаду. Ильин сообщает, что работает главным инженером крупного химического комбината, чем Тамара восхищается. Вместе они проводят пять вечеров, которые чуть снова не заканчиваются разрывом. Но на сей раз уже взрослые мужчина и женщина — глядя на молодых Славика и его подружку Катю — наступают на горло ненужной принципиальности и учатся доверять чувствам, а не только разуму.
![](/sites/default/files/styles/hd_x_1280xx_/public/pubs-images/2023/05/462d8c7cf63745bea1137ad3f8e9a316.jpg.webp?itok=r1Nd79AQ)
Режиссер чисто внешне где-то идет по следам Михалкова: например, в момент внезапного прихода Ильина к Тамаре голову актрисы Татьяны Власовой украшают такие же канонические бигуди, какие были в локонах Людмилы Гурченко. Да, эта деталь была прописана и в тексте у Володина, но ведь ей можно было поступиться. Широкие пиджаки, изящные приталенные платья, разбитые чемоданы, аскетичная обстановка в виде дивана и стола-стульев — все это вроде бы ретро, но в то же время с указанием на безвременность и универсальность этого сюжета. Он сложнее и печальнее, чем, скажем, предновогодняя «Ирония судьбы», но рассказывает примерно о том же: есть встреча, есть вынужденное расставание, есть влюбленность, а есть недопонимание. Что сложится из этого набора?
![](/sites/default/files/styles/hd_x_1280xx_/public/pubs-images/2023/05/607f85c23f49586d6b2af3976e4017d0.jpg.webp?itok=LgDrO5x0)
Советская драматургия — Розов, Володин, Вампилов — рассказывала о людях, чья маленькая история осталась чуть в стороне от ревущего XX века и развивающегося социализма. Да что там, и «Москва слезам не верит», и «Служебный роман» — о том же. О частной жизни, робко пробивающейся сквозь общественную. В которой были и любовь, и секс, и измены, и мечты о чем-то прекрасном. Были и коммуналки, и стояние в очередях за дефицитом, и долги, и выпивка. Все было. Вопрос — почему к драматургии того времени все чаще возвращаются режиссеры?
В челябинской Драме в этом году уже была премьера по пьесе Александра Вампилова «Старший сын» (тоже, кстати успешно экранизированной). В Камерном театре в этом году поставили Розова — «Гнездо глухаря». И это всероссийская тенденция, уверяет известный театральный критик Владимир Спешков. «Причем ставят такие пьесы режиссеры старшего и даже молодого поколения, — говорит Спешков. — Видимо, это связано с тем, что наше советское прошлое хорошо осмыслено в литературе, а в театре — нет. Кроме того, это время, которое в каких-то формах возвращается сегодня в нашу жизнь. В части ужесточения цензуры, например». Критик также уверен, что сегодня Володин и Вампилов — уже классики, почти как Островский или Чехов. «Конечно, постановка тех же „Пяти вечеров“ Михалковым — это уже было ретро, не зря же снят фильм в такой стилистике, — подчеркивает критик. — Нет ничего плохого в том, чтобы сегодня играть классику в стиле ретро. Но это требует больших актеров».
9 декабря Челябинскому театру драмы исполнилось 97 лет. «Пять вечеров» — достаточно символичная премьера ко дню рождения. Этот спектакль — хорошая лирическая мелодрама о советском человеке. А значит, он будет востребованным у публики, ведь этот гештальт мы еще, судя по всему, так и не отработали.