Пренеприятнейшее известие: накануне Дня города в обычный провинциальный населенный пункт едет какой-то чиновник, который по итогам проверки местных безобразий потом навешает... докладных записок, причем на самый верх. Как ставить «Ревизора» в 2024 году? Театр «Манекен» выдал трехчасовой экзистенциальный фарс, в конце которого хочется ли то смеяться, то ли выть в голос.
Желтый камыш, фиолетовая тьма, наползающий синий туман — из него под что-то музыкальное, медитативно-мрачноватое на свет выползает дурачок Николка. Он кричит «а-а-а!» и кружится по сцене, на которую скоро вывалится весь цвет уездного города N — чтобы обсудить приезд треклятого ревизора. Николка будет слушать, кивать, поддакивать — он тут вообще единственный, кто, как выяснится, видит все в истинном свете.
Первое, за что хочется похлопать постановщику Игорю Бармасову — безупречный кастинг. Евгений Смирнов будто рожден для роли попечителя богоугодных заведений, Алексей Бутин неотличим от коррумпированного смотрителя училищ, Станиславу Хомкову немедленно хочется дать взятку борзым щенком, а записной красавец Павел Корчевский в роли почтмейстера Шпекина неожиданно предстает истеричным, но осторожным наглецом с пышными усами — будто кот, только что укравший сметану. Добчинский (Илья Селиверстов) и Бобчинский (Станислав Козырских), появившись в начале аниматорами-гусями на Дне города, под занавес выдадут душераздирающую драму маленького человека. А как поет Надежда Ивановна Хлопова (Ксения Рыжкова)! А как уделывает зал прислуга Авдотья (Алина Смирнова), подозрительно напоминающая... скажем, Фатиму или Зухру.
За смешное в первом действии в том числе отвечает дива «Манекена» Анастасия Сорокина — она играет жену городничего так отвязно, что понимаешь, отчего пресноватая Марья Антоновна (Олеся Гурина) чуть не проиграла маменьке в битве за плотские желания столичного гостя.
— Я очень люблю характерные роли — так здорово в этом повариться, сделать сложно, красиво и смешно. Поэтому моя Анна — конечно, в первую очередь комедийный персонаж, — рассказывает актриса. — Однако у нее будет свой кусочек драмы: когда почтмейстер зачитывает письмо Тряпичкину, я играю то, что люди при крушении мечтаний и надежд до последнего не хотят в это верить. Она как в тумане...
Как вы уже поняли, спектакль хоть и носит нужный подзаголовок «Версия», очень даже в духе Гоголя. Спокойная бытовая интонация — а как только ни ставят «Ревизора», и так в том числе — тут просто невозможна, считает режиссер Игорь Бармасов.
— Мне кажется, что эта тема — зараза туманного помутнения, которая идет от одного письма на целый город — уже фарс. Сегодня все сложнее отличить ложь, туман от правды. И чем дальше, тем больше, до истерики, ты не можешь понять — как же так ??? Фарс — очень удобный жанр для съезжающей крыши; следующий шаг — уже абсурд. Плюс этот жанр позволяет ломаться: фарс ведь может в необходимый момент резко уйти в реализм, — объясняет свое жанровое решение постановщик.
За реализм в линии Хлестакова отвечает его слуга Осип (Валерий Жеребцов). Одетый в копию костюма Колина Фаррелла в «Джентльменах» (что, видимо, должно нам намекнуть на непростое прошлое этого слуги), говорящий тихо и сдержанно, бьющий наотмашь, толкающий кровать с капризным барином медленно и торжественно, как ладью — кто он? Харон? Совесть? Последний оплот enfant terrible, чиновника из Петербурга?
На фоне сдержанного партнера Никита Манылов просто искрится как шампанское. Мальчик резвый, кудрявый, влюбленный — прирожденный артист и творец Хлестаков играет важную птицу из Петербурга с такой верой в обстоятельства, так органично плавая в очень сложном тексте, что начинаешь понимать, почему все, включая съевшего пуд соли городничего, ему поверили. Это не просто туман-обман — это своего рода гений, в которого влюбляешься против воли.
— У нас были существенные корректировки гоголевского текста, и пока он еще усваивается, для этого необходимо какое-то время, — говорит Никита Манылов. — Возможно, легкости пока не хватает. Но ее с избытком хватает Хлестакову. Думаю, после города N он поехал до первого встречного трактира, где с ним повторится ровно такая же история. В этом вечном невзрослении — трагедия моего героя.
А приз за самую яркую трагическую линию спектакля уходит Ивану Коротышеву: Антон Антонович Сквозник-Дмухановский — вообще одна из лучших его ролей. Было бы тут чеховское ружье, городничий мог бы и застрелиться. Впрочем, есть шпага...
Новый ревизор вот-вот приедет. Город N продолжает погрязать в коррупции и грязи. Свобода уложила страх и ложь на лопатки, одержав очередную победу в этой вечной битве, и укатила дальше в бесконечное странствие. И только Николка, сложив маленькую церквушку взамен так и не достроенной большой, смотрит куда-то вдаль, поверх тумана, и улыбается. И впрямь — в ином случае много ума хуже, чем бы его совсем не было.
Твоя афиша на МАКСималках! Заходи в @chel_guide и выбирай, куда пойти.