В Челябинском Молодежном театре сезон завершился масштабной лабораторией: «Контур мировой литературы». За несколько дней приглашенные режиссеры и артисты театра создали несколько полноценных эскизов. Заготовки спектаклей очень заинтересовали зрителей и критиков, но что будет с результатами лаборатории дальше? «Челгид» побывал на трех постановках «Контура» и по-настоящему впечатлился.
«Чудо святого Антония». Морис Метерлинк.
«Любовь под вязами». Юджин О’Нил.
«Тереза Ракен». Эмиль Золя.
«Строитель Сольнес». Генрик Ибсен.
Наверняка даже неискушенный зритель слышал хотя бы пару названий и имен из программы «Контура мировой литературы», а это очень и очень разный материал. Бельгийский философ-символист и реформатор американской драматургии, французский натуралист и основоположник европейской «новой драмы». Четыре сложных текста, один из которых даже вовсе и не пьеса, а большой роман, и всего-то четыре дня, за которые нужно поставить эскиз спектакля. Вызов принят!
Первым на суд зрителей и критиков представил свою работу режиссер Рамиль Кагарманов. Его прочтение Метерлинка — милый адок на дне какого-то лимба, где сосуществуют и дух покойной богачки Гортензии, и темные сущности, воплощающие ее родственников. Именно сюда приходит некий Антоний в нищенском одеянии, желающий воскресить Гортензию, да вот только нужно ли это на самом деле?
Для актера работа в условиях лаборатории — адреналиновый укол: выучить текст (иной раз немаленький), хотя бы наметить контуры образа и, самое главное, быстро сработаться с новым постановщиком.
— В этом есть определенный такой актерский драйв: могу — не могу, по силам — не по силам. Мы, артисты, ведь все равно всегда сами с собой соревнуемся, — делится актриса Юлия Миневцева, сыгравшая в эскизе дух Гортензии. — Можно позволить себе подурачиться, побаловаться — да, где-то и пережмем в образе, ну и что: будет уже настоящая постановка — подберем излишки, что называется. Новые режиссеры приезжают тоже порой с какими-то задумками на грани веселого безумия!
Зрителям эскиз понравился, и им всегда дают слово на обсуждении, но для постановщиков очень важны также и слова критиков. Эскиз — это действительно только контур будущего спектакля, и цель такого тест-показа — понять, где могли уйти не туда.
— Изначально лаборатория в театре — это возможность проверить текст, — говорит критик, театровед Анна Казарина (приехала на «Контур из Москвы). — Всегда есть какие-то интересные произведения, которые ну очень хочешь поставить, но они могут быть, во-первых, экспериментальными даже на бумаге, во-вторых, не слишком популярными. Эскиз позволяет проверить, насколько зрителю все это интересно и насколько текст современен, не скучен на сегодня. В этом году «Контур» взял мировую классическую литературу, а это бесконечный океан. И вот удивительно, что в этот раз произведения в лаборатории в основном — про страсть, любовь, попытку героя совладать со своими инстинктами и первородными чувствами.
И это чистая правда: после воздушного причудливо-символического эскиза по Метерлинку зрителям выдали хардкорный эротический триллер: «Любовь под вязами» Юджина О’Нила. Почти древнегреческая трагедия, перегнанная через веяния европейской «новой драмы» и учение Фрейда. История дележки фермы отцом и сыном, пагубной и непреодолимой страсти между молодой женой и пасынком. Чтобы зрителям в буквальном смысле было больно на это смотреть, действо вынесли прямо в фойе, сформировав пространство в галерею, простреливаемую лучами софитов.
Эскизу немного досталось от зрителей и критиков за (не)соответствие формы и содержания, но что все похвалили, так это актерские работы. Шекспировского размаха Эфраим Кэбот в исполнении Бориса Черева, миниатюрная и хищная, как змея, Ксения Скобелева в роли Абби и удивительно подходящий на роль сильного, укорененного на своей земле, но расколотого надвое страстями Эбина артист Александр Дегтярев.
— Я, честно говоря, сам не очень понимаю, как мы это сделали за четыре дня. Работа в режиме нон-стоп. Эта роль — мечта, я бы очень хотел ее сыграть — разумеется, гораздо дольше, глубже поработав над текстом, над образом. Исследовать эту тему — на что готов человек ради любви, ради страсти, — рассказывает Александр Дегтярев.
— Мне чрезвычайно интересен жанр трагедии — в литературе и в театре. При этом я не совсем понимал до сегодняшнего дня, как сейчас такое ставить, — говорит режиссер эскиза Василий Буткевич. — Это совершенно потрясающая пьеса, она очень пластична: там и отношения мужчины и женщины, вот эта очень странная любовь; и вопрос дележа собственности, что так актуально в наши дни. И вот мы подступились к этой трагедии, попытались сделать историю, которая была бы понятна современному зрителю — и что-то получилось. И я бы очень хотел поставить спектакль с этой командой.
Страсти кипят и в следующем эскизе — ведь это «Тереза Ракен» знаменитого Эмиля Золя. С точки зрения инсценировки — задача архисложная: это ведь не пьеса, а роман, да какой! Образец французского натурализма. Главная героиня, закованная в рамки скучного брака с болезненным кузеном, влюбляется без памяти в приятеля мужа Лорана — и ради этого готова на преступление. И если роль животно-привлекательного Лорана очень профессионально и спокойно ведет опытный актер Молодежного театра Артем Прокудин, то вот саму Терезу и мужа Камилла сыграли студенты ЧГИК — Екатерина Титова и Трофим Захаров. Присмотритесь к ним — скоро они станут героями театральной хроники Челябинска.
Режиссер Дмитрий Писарев очень убедительно выводит линию, не слишком-то популярную в тронутые активным феминизмом времена: он не стремится сделать Терезу сильной и коварной женщиной; и он не боится раздеть на сцене двух молодых мужчин, чтобы явить силу их физической красоты и проявленности.
— Я абсолютно убежден, что Тереза хочет оказаться рядом и под сильным мужчиной. Проблема в том, что около нее не очень-то сильные мужчины — так уж вышло, и это, кстати, вполне современная тема, — говорит Дмитрий Писарев. — Она не хочет в независимость — напротив, хочет в зависимость, но от мужчины, который эту зависимость способен взять. Я очень люблю этот роман и давно хотел что-то с ним сделать для сцены, но это сложно — редкий театр захочет адаптировать текст Золя. В рамках «Контура» эта возможность появилась, чему я очень благодарен.
Что же будет после лаборатории? Что из «Контура мировой литературы» станет полноценным спектаклем на сцене Челябинского Молодежного театра? Пока не знает никто! Но кое-что нам рассказал главный режиссер Челябинского Молодежного театра Иван Миневцев — его словами мы и закончим статью:
— Есть определенная жажда на произведения мировой классики — не только русской, но и зарубежной: большие авторы, большие мастера со своим стилем, со своей энергией. Театр в этом нуждается. Переход эскиза к постановке — это долгое принятие решения и это случится не ранее сезона 2027/2028, так как на грядущий сезон все планы уже сверстаны. Но то, что поразит зрителей и критиков в самое сердце на этой лаборатории, найдет путь к зрителю.
Твоя афиша на МАКСималках! Заходи в @chel_guide и выбирай, куда пойти.