Спектакль-медитация: звуки, колебания воздуха, игра света и тени и немного историй. «На 74 ступени выше» — совместный проект театра «Манекен» и арт-пространства, созданного в старинной водонапорной башне в центре Челябинска на улице Воровского. «Челгид» побывал на показе и заодно узнал, когда театр из чужих стен наконец вернется на свою площадку.
Три этажа. Две лестницы. Ровно 74 ступени от входа до купола — все это водонапорная башня на улице Воровского в Челябинске. Здание, долгое время бывшее заброшенным, превращается в полноценное арт-пространство «Башня 1911»: аккуратно, тихо — здесь свои химия, архитектура, капризный уровень влажности. Не всякий перформанс удачно зайдет в эти стены — но у театра «Манекен» получилось.
Никакой четвертой стены — первый герой спектакля-эскиза в исполнении актера Павла Корчевского существует на расстоянии вытянутой руки. Он молчит: его стезя — быть хранителем, не нарушая дыхания башни. Она сама создает минимальный тихий гул, соборный звук, который легко услышать в тишине.
По законам жанра в это почти молитвенное пространство вторгнется красотка в костюме, кажется, начала XX века: актриса Катерина Ламыкина в красной помаде и шляпе создает шум, саму энергию жизни, но сама башня его и поглощает. Зрители движутся на второй этаж, где каждый сможет через жестяную кружку послушать стены — с тем, чтобы убедиться: в них есть свои движение и жизнь.
— Самое важное — услышать накопленный опыт башни. Каждой полочки, уголка, слоя штукатурки. Сама архитектура с ее крутыми лестницами не предполагает какой-то особой активности, а требует чего-то размеренного, медитативного, — говорит постановщик эскиза, худрук театра «Манекен» Игорь Бармасов. — Поэтому мы насыщаем эту историю воздушными образами, воспоминаниями, чем-то, что есть в нашем общем человеческом хранилище.
После роковой красотки в башне появятся образы матери и детей: актриса Ксения Рыжкова в красивом старомодном воздушном платье и с виолончелью в руках; сорванцы в исполнении Станислава Козырских и Ильи Селиверстова. Легко перемещаясь под потолок и обратно, двигаясь как полувоздушные фантомы, юноши действительно подключают зрителя к какому-то облачному хранилищу истории нашей страны — истории, которую башня 1911 года постройки уж точно хорошо помнит.
Завершается эскиз пением под куполом башни под аккомпанемент колокольчика — в исполнении артистов и музыкального руководителя «Манекена» Анастасии Бородиной.
— Акустика этой башни просто потрясающе раскрывает вокал, — делится актер Илья Селиверстов. — Речевые куски здесь кое-где звучат плохо, поглощаются, а вот вокальные партии заполняют пространство в полном объеме. Мы не вступали в конфликт, так скажем, с пространством, не пытались дополнять его какими-то другими смыслами. Наоборот, мы слились с ним, заходили в эти комнаты и думали — что здесь могло быть? Как? Когда?
Судя по тому, что места на эскиз расхватали примерно за час, театральные проекты в «Башне 1911» могут пользоваться успехом. Пространство находится в управлении Исторического музея Южного Урала. Что же мы еще можем увидеть в этих стенах? Вопрос тонкий — как и микроклимат внутри самой башни.
— Первый сезон нашей арт-резиденции у нас назывался «Тоска», а второй — «Отголоски». Мы исследовали в стенах башни звук, музыкальные тексты и свет, — рассказывает руководитель проекта «Башня 1911» Марина Денкевич. — И буквально за неделю вот такой родился эскиз с театром «Манекен» — думаю, не последний.
— У нас вообще в целом вся резиденция посвящена памяти — сейчас мы работаем с художниками, которые никогда не жили сами в Челябинске, но знают что-то о городе и о культуре региона через воспоминания своих предков, которые здесь были. И мы хотим посмотреть, как это периодическая память вообще работает в современном искусстве, — говорит куратор резиденции Анна Летина. — Пространство башни очень капризное: тут особый уровень влажности, который много чего разрушает — здесь не сохраняются артефакты, отсыревают картины, скульптуры. Поэтому мы ищем новый медиум: это обычно звук или свет, или подвижные объекты — то есть то, что не подвластно стихии.
Легкий поэтический спектакль — наверное, идеальная форма для пространства башни. Тем более что «Манекен» по-прежнему работает на площадках в гостевом режиме: в здании на Пушкина — кстати, тоже довольно старом и представляющем культурную ценность — продолжается ремонт. А недавно в культурном учреждении сменился директор — им стала Анна Абалмазова. Ей мы и задали несколько вопросов относительно ближайшего будущего театра.
— На какой сейчас стадии ремонт и примерно когда мы увидим труппу в родных стенах?
— Ремонт — дело очень непростое. Особенно в нашем здании. Объект культурного наследия всегда хранит много тайн. Наша мечта, цель — новогоднюю зимнюю кампанию провести уже в родных стенах. То есть к декабрю нынешнего года вернуться в здание на Пушкина полноправными жильцами своего же дома.
— Существенно ли изменится площадка после ремонта и будет ли в связи с этим произведен пересмотр репертуара?
— Площадка сама по себе сохранится. Изменения коснутся только верхнего зала. Что касается репертуара, то да, спектакли уже выцветшие, «выигранные», мы из репертуара уберем. Вот как раз сейчас мы формулируем с Игорем Бармасовым миссию театра и стратегию на ближайшие годы.
— Театр «Манекен» уникален тем, что, будучи созданным абсолютно самодеятельным, любителями-энтузиастами, он превратился в коллектив с высоким уровнем профессионализма. Будет ли сохранен этот баланс между, с одной стороны, андеграундом и, с другой, требованиями к качеству, довольно жесткими рамками?
— Для андеграунда у нас есть отдельный проект «Манекен Плюс» — вот как раз сегодняшний показ башни был в его структуре. Мы продолжим этот проект — это прекрасная возможность что-то поискать, выдохнуть, поэкспериментировать.
Твоя афиша на МАКСималках! Заходи в @chel_guide и выбирай, куда пойти.